Читать онлайн 451 градус по Фаренгейту

Иногда я подслушиваю разговоры в метро. Или у фонтанчиков с содовой водой. И знаете что? – Что? – Люди ни о чем не говорят. – Ну как это может быть! – Да-да. Ни о чем. Сыплют названиями – марки автомобилей, моды, плавательные бассейны и ко всему прибавляют: «Как шикарно!» Все они твердят одно и то же. Как трещотки. А ведь…

-Теперь вам понятно, почему книги вызывают такую ненависть, почему их так боятся? Они показывают нам поры на лице жизни.

У нас есть все, чтобы быть счастливыми, но мы несчастны.

Когда-то в древности жила на свете глупая птица Феникс. Каждые несколько сот лет она сжигала себя на костре. Должно быть, она была близкой родней человеку. Но, сгорев, она всякий раз снова возрождалась из пепла. Мы, люди, похожи на эту птицу. Однако у нас есть преимущество над ней. Мы знаем, какую глупость совершили. Мы…

— Ну, в школе по мне не скучают, — ответила девушка. — Видите ли, они говорят, что я необщительна. Будто бы я плохо схожусь с людьми. Странно. Потому что на самом деле я очень общительна. Все зависит от того, что понимать под общением. По-моему, общаться с людьми - значит болтать вот как мы с вами. — Она подбросила на…

Шире раскрой глаза, живи так жадно, как будто через десять секунд умрешь. Старайся увидеть мир. Он прекраснее любой мечты, созданной на фабрике и оплаченной деньгами. Не проси гарантий, не ищи покоя – такого зверя нет на свете. Когда-то книгу читали лишь немногие — тут, там, в разных местах. Поэтому и книги могли быть…

Человек не терпит того, что выходит за рамки обычного. Вспомните-ка, в школе в одном классе с вами был, наверное, какой-нибудь особо одаренный малыш? Он лучше всех читал вслух и чаще всего отвечал на уроках, а другие сидели, как истуканы и ненавидели его от всего сердца. И кого же вы колотили и всячески истязали после…

Когда я был молод, я совал свое невежество всем в лицо. Меня били за это. И к сорока годам я отточил наконец оружие моих знаний. А если вы будете скрывать свое невежество, вас не будут бить и вы никогда не поумнеете.

В ту ночь, когда он умер, мир обеднел на десять миллионов прекрасных поступков.

Это было бы смешно, если бы не было так серьёзно.

— Стихи! Терпеть не могу стихов, — сказала миссис Бауэлс. — А вы их когда-нибудь слышали?

Каждое новое поколение оставляет нам людей, которые помнят об ошибках человечества.

Вам не книги нужны, а то, что когда-то было в них, что могло бы и теперь быть в программах наших гостиных. То же внимание к подробностям, ту же чуткость и сознательность могли бы воспитывать и наши радио- и телевизионные передачи, но, увы, они этого не делают. Нет, нет,книги не выложат вам сразу все, чего вам хочется.…

Посмотри же вокруг, посмотри на мир, что лежит перед тобой! Лишь тогда ты сможешь по настоящему прикоснуться к нему, когда он глубоко проникнет в тебя, в твою кровь и вместе с ней миллион раз за день обернётся в твоих жилах.

Шире открой глаза, живи так жадно, как будто через десять секунд умрешь. Старайся увидеть мир. Он прекраснее любой мечты, созданной на фабрике и оплаченной деньгами. Не проси гарантий, не ищи покоя – такого зверя нет на свете. А если есть, так он сродни обезьяне-ленивцу, которая день-деньской висит на дереве головою вниз…

— Он ничего не думает, кроме того, что мы в него вложили. — Очень жаль, — тихо сказал Монтэг. Потому что мы вкладываем в него только одно — преследовать, хватать, убивать. Какой позор, что мы ничему другому не можем его научить.