Читать онлайн Хроники Нарнии: Серебряное кресло

– Разве он не… умер? – спросил Юстэс, глядя на Аслана. – Да, – спокойно ответил Аслан, и Джил показалось, что он улыбается. – Он умер. Многие умерли. Даже я. Живых гораздо меньше.

ду править страной, как велит мне она , моя королева. Её слова будут мне законом, а моё слово будет законом людям, которых мы победим. – В том мире, откуда я пришла, – сказала Джил, – таких мужчин называют подкаблучниками. – Поверьте, когда у вас будет муж, вы будете думать иначе, – сказал рыцарь так, словно считал свои…

– Кто это? – спросил Хмур, а Джил удивилась, как у него хватило духу, все ведь очень долго молчали. – Это – Отец Время, бывший король Наземья, – сказал страж. – Он опустился в Королевство Глубин и заснул. Ему снится всё, что происходит наверху. Многие спускаются вниз, но немногие поднимаются наверх, к солнцу. Говорят, он…

Никто не назовет кентавра смешным, если увидит его. Они величавы и мудры (мудрости их научили звезды), редко веселятся, еще реже гневаются; но гнев их ужасен, как девятый вал.

Путь после первого привала — как школа после каникул или поезд после пересадки — непременно становится другим

Suppose we have only dreamed, or made up, all those things—trees and grass and sun and moon and stars and Aslan himself. Suppose we have. Then all I can say is that, in that case, the made-up things seem a good deal more important than the real ones. Suppose this black pit of a kingdom of yours is the only world. Well, it…

Лев плакал огромными львиными слезами, каждая из которых дороже всей земли, даже если бы та стала одним огромным алмазом.

— Хотел бы я знать, — сказал Хмур, — совершил ли кто-нибудь из нашего верхнего мира такое путешествие? — Многие отчаливали от блеклых берегов, — начал страж, — но… — Да-да, знаю, — прервал его Хмур, — но немногие вернулись наверх, к солнцу. Незачем твердить это без конца. Я смотрю, это у вас вроде навязчивой идеи!

Надеюсь, я не свалюсь в обморок... и не зареву... и вообще.

Весьма уважаемый квакль-бродякль. Весьмакль уважакль.

Путь после первого привала словно школьное утро после перемены или путешествие по железной дороге после пересадки – непременно становится другим.

По торжественному выражению его сероватого лица можно было сразу догадаться, что он серьезно относится к жизни.

Как ни странно, чем больше ты хочешь спать, тем дольше не ложишьмя, особенно если на твое счастье есть камин.